Роман и Юлька — Цитаты

«Роман и Юлька» (также «Вам и не снилось…») — повесть Галины Щербаковой 1981 года.

Здесь вы видите эволюцию штанов — от ползунков до наивысшей их формы: штаны—джинсы!

— Что, граждане, сыграем свадебку?
— Ой, сыграем! Вот тут прямо, во дворе, столы поставим…
— Каре…
— Что?
— Каре…
— Ты что, ворона?
— Каре… Стол — каре.
— Ребята, он чего?

— А мани? Кто будет платить?
— Не мы же! Родители! Сбросятся, скинутся, полезут в черную кассу, наскребут… Такая любовь, мальчики, требует расходов.
— Патентую теорию… Внимание! Большая любовь — большие расходы. Средняя — средние, маленькая — маленькие… Здорово? Родители в целях экономии женят нас на обезьянах…

— Тебе нравится Алёна?
— Нравится… как всё большое. Как слон, например. Останкинская башня.

Когда он дома — у него радикулит. А когда она на дороге, так он здоровый… козёл!..

— Но ведь должно же быть что-то, побуждающее человека ухаживать за больными, кормить стариков, беречь детей?
— Только любовь вправе побуждать …

— Если бы у тебя была несчастливая любовь, каким бы тебе тогда показался мир?
— А я бы просто не жила!

— Я не умею разговаривать с неживой природой.

Директриса читала нам мораль — «Вам и не снилось горе» и буравила меня глазами. Танечка говорит, что жизнь — больше любви. А глаза у самой тоскливые, как у больной собаки…

— Любовь сама по себе мир. Должна быть такой во всяком случае.

— Татьяна Николаевна! Я что-то слегка заучился. В какой части света Останкино?
— Балда! Это не у нас! Это на млечном пути.

— Ты тривиальна, мама, как шлагбаум.
— Почему шлагбаум?
— Ну табуретка… Сама подскажи мне пример тривиальности…

«Юлька! Слушай мою таблицу умножения. Дважды два будет четыре, а трижды три — девять. А я тебя люблю. Пятью пять, похоже, — двадцать пять, и все равно я тебя люблю. Трижды шесть — восемнадцать, и это потрясающе, потому что в восемнадцать мы с тобой поженимся. Ты, Юлька, известная всем Монголка, но это ничего — пятью девять! Я тебя люблю и за это. Между прочим, девятью девять — восемьдесят один. Что в перевернутом виде опять обозначает восемнадцать. Как насчет венчального наряда? Я предлагаю серенькие шорты, маечку безрукавочку, красненькую, и босоножки рваненькие, откуда так соблазнительно торчат твои пальцы и пятки. Насчет венчального наряда это мое последнее слово — четырежды четыре я повторять не буду. В следующей строке… Учись хорошо — на четырежды пять! Не вздумай остаться на второй год, а то придется брать тебя замуж без среднего образования, а мне, академику, — семью восемь, — это не престижно, как любит говорить моя бабушка. А она в этом разбирается. Так вот — на чем мы остановились? Академик тебя крепко любит. Это так же точно, как шестью шесть — тридцать шесть. Ура! Оказывается, это дважды по восемнадцать! Скоро, очень скоро ты станешь госпожой Лавочкиной. Это прекрасно, Монголка! В нашем с тобой доме фирменным напитком будет ром. Открытие! Я ведь тоже — Ром! Юлька! У нас все к счастью, глупенькая моя, семью семь! Я люблю тебя — десятью десять! Я тебя целую всю, всю — от начала и до конца. Как хорошо, что ты маленькая, как жаль, что ты маленькая. Я тебя люблю… Я тебя люблю… Твой Ромка.» (письмо; в фильме начитанный на плёнку текст короче и звучит немного по-другому).

— Юль! — крикнул он и почувствовал кровь во рту. И закрыл рот ладонью, чтобы она не увидела и не испугалась. Она подбежала, смеясь:
— Что ты делаешь в газоне?
— Стою, — сказал он и упал ей на руки.
А со всех сторон к ним бежали люди… Как близко они, оказывается, были…