Ганс Франк — Цитаты

( «Ханс Франк»)

Ханс Михаэль Франк (в российской историографии имя обычно пишется как Ганс Франк, нем. Hans Michael Frank, 23 мая 1900, Карлсруэ, Баден-Вюртемберг, Германская Империя — 16 октября 1946, Нюрнберг, Бавария, Бизония) — адвокат, немецкий государственный и политический деятель. Был личным адвокатом Гитлера, затем рейхсминистром юстиции Германии. Позднее генерал-губернатор оккупированной Польши (1939—1945). Рейхсляйтер.

 

В 1942 году я, наконец-то, образумился — Запись в дневнике незадолго до казни.

 

Даже во время войны постулат правовой культуры для развития народного государства имеет весьма важное значение. Ни у кого не должно возникнуть представление, что право в рейхе может стать беззащитным. Право является личной защитой нашего народа… Не одна только сила укрепляет государство. И жестокость никогда не идентична силе… Поэтому я говорю: силен лишь тот, кто не боится права. — Из выступления в Мюнхенском университете 20 июля 1942 года.

 

Евреев необходимо уничтожать, где бы они нам ни встретились. Всех польских евреев мы не можем расстрелять или отравить газом, поэтому необходимо изыскивать средства для их уничтожения в больших количествах…

 

Мы удержим генерал-губернаторство и более не отдадим его… Я открыто признаю, что наше правление здесь будет, возможно, стоить жизни нескольким тысячам поляков, в особенности из числа их духовной элиты… Мы ликвидируем сложившееся положение вещей в стране, осуществив это самым простейшим способом… Речь главным образом идет о том, чтобы выполнить великую национал-социалистическую миссию на Востоке. Поэтому нашей целью не будет создание здесь правового государства… Тот, кто станет казаться нам подозрительным, будет сразу же ликвидирован.

 

Ни одна из империй не существовала без соблюдения законности и прав, а тем белее выступая против них. Народом нельзя управлять грубой силой, жизнь его в бесправном положении немыслима… Недопустимо, чтобы в государстве член общества лишался чести, свободы, жизни и собственности без предъявления ему соответствующего обвинения и судебного разбирательства. — Из выступления в Берлинском университете 9 июня 1942 года.

 

Никогда не должно возникать полицейское государство, никогда! Такое я отрицаю. Как национал-социалист и руководитель немецких правоведов, считаю своею обязанностью выступать против постоянного поношения права и его защитников в любой форме. Я протестую против того, что какое-либо правовое положение подвергается беспардонному критицизму и нападкам. — Из выступления в Гейдельбергском университете 21 июля 1942 года.

 

При решении любого вопроса думайте о фюрере. Спросите себя: как бы фюрер поступил на моем месте? И поступайте соответственно, и вы окажетесь на высоте положения. Укрепленные этой мыслью, вы будете целиком облечены новыми моральными полномочиями. Не проявляйте лицемерия, мелкой озабоченности, не скатывайтесь до уровня мелких буржуазных споров.

 

С Польшей следует обращаться, как с колонией. Поляки станут рабами Великой Германской империи.

 

Фюрер, поддержи правозащитников!

 

Я внёс предложение положить конец системе концлагерей, и чем раньше, тем лучше. Дальнейшие аресты должны быть прекращены немедленно. Дела лиц, находящихся под стражей, следует проверить узаконенным порядком и разобраться с жалобами в отношении издевательств и надругательств. Рейхсминистр юстиции Гюртнер поддержал меня решительным образом, но мы остались в одиночестве. — Из воспоминаний об аудиенции у Гитлера летом 1934 г.

 

Я всегда буду доказывать несостоятельность представления государственно-полицейских идеалов в качестве идеалов национал-социализма. Многие говорят: человечество устало и не в состоянии переносить жёсткость нынешнего времени. Я же придерживаюсь другого мнения. Каждое государство, в том числе и наше, должно исходить из основного положения о том, что его методы обязаны соответствовать историческим задачам, которые оно перед собой поставило. Гуманность и человечность ни в коем случае не могут угрожать его существованию. — Из выступления в Венском университете 1 июля 1942 года.

 

Я могу утверждать, что в генерал-губернаторстве существует безукоризненный государственный, экономический и социальный порядок в чисто немецком духе, который в состоянии отклонить любые злопыхательства в свой адрес. Я решительным образом протестую против даже самых малейших попыток обвинения меня в коррупции, которые отметаю на законном основании.

 

Я не давал никому повода сомневаться в том, что править здесь может лишь лицо, несущее полную ответственность за все. Верховный руководитель СС и полиции подчинён мне, а полиция является составной частью моей администрации… Ни одна служба рейха не имеет права вмешиваться в мои дела ни прямо ни косвенно. Приказы здесь может отдавать только генерал-губернатор, являющийся непосредственным представителем фюрера.