Цитаты Сальвадора Дали

Искусство — это прекрасно! Цитаты Сальвадора Дали — Salvador Felip Jacint Dalí Domènech — известный испанский художник, живописец, график и скульптор, один из самых известных представителей направления сюрреализма.

Лучшие цитаты Сальвадора Дали

Я христианин и католик, но чтобы быть художником, ни того, ни другого не требуется.

Анархия при монархии — вот наилучшее государственное устройство. Монарх должен быть гарантом анархии.

Я совершенно нормален. А ненормален тот, кто не понимает моей живописи, тот, кто не любит Веласкеса, тот, кому не интересно, который час на моих растекшихся циферблатах — они ведь показывают точное время.

Без Веласкеса не было бы французского импрессионизма, без Пикассо и Гриса не кубизма, без Миро и Дали нет ни сюрреализма, ни всего, что из него проистекло.

Я относительно умён. Весьма относительно.

Бесплоден именно хороший вкус — для художника нет ничего вреднее хорошего вкуса.

Я никогда не встречал женщины одновременно красивой и элегантной — это взаимоисключающие характеристики.

Будучи посредственностью, незачем лезть из кожи вон, доказывая, что ты посредственность. Это и так заметно.

Я не принимаю наркотики, Я и есть наркотик.

Великие гении всегда производят на свет посредственных детей, и я не хочу быть подтверждением этого правила. Я хочу оставить в наследство лишь самого себя.

Я не ищу, я — нахожу.Про идиотов Сальвадора Дали

Возьмите французов — из-за хорошего вкуса они совершенно разленились.

Я извращенец — вуайерист. Но для художника это совершенно нормально.

Всю жизнь моей навязчивой идеей была боль, которую я писал бессчетно.

Я высокомерен и многообразно порочен. Я — пособник анархии. Если уж я беру, то всегда перебираю. Всё у меня переменчиво и всё неизменно.

Гала — единственная моя муза, мой гений и моя жизнь, без Галы я никто.

Я всегда видел то, чего другие не видели; а того, что видели другие, я не видел.

Глядите! Родился Сальвадор Дали. Стих ветер, небо ясно. Средиземное небо спокойно, и на его гладкой поверхности радугой сверкают семь лучей солнца, как на рыбьей чешуе. Это донельзя символично.

Я анатомирую случай.

Детство тянется к насекомым. Они любопытны, они порождают в душе тягу к насилию над собой и природой. А это уже — стимул к творчеству.

Я — живое воплощение поднадзорного бреда. Это я сам держу его под надзором. Я брежу, следовательно, я существую. И более того: я существую, потому что брежу.

Для художника каждое прикосновение кисти к холсту — целая жизненная драма.

Я — высшее воплощение сюрреализма — следую традиции испанских мистиков.

Думаю, мне ничем не легче было родиться, чем Творцу — создать Вселенную. По крайней мере, он потом отдыхал, а на меня обрушились все краски мира.

Что касается живописи, цель у меня одна: как можно точнее запечатлеть конкретные образы Иррационального.

Дуракам угодно, чтобы я следовал тем советам, которые даю другим. Но это невозможно, ведь я же совсем другой.

Человека надо принимать как он есть: вместе со всем его дерьмом, вместе со смертью.

Если все время думать: «Я — гений», в конце концов станешь гением.

Художник думает рисунком.

Живопись — это сделанная рукой цветная фотография всех возможных, сверхизысканных, необычных, сверхэстетических образцов конкретной иррациональности.

Усы мои всё растут — как и сила моего воображения.

Жизнь сурова, но зато её озаряет свет вечности.

У меня был девиз: главное — пусть о Дали говорят. На худой конец, пусть говорят хорошо.

Искусство — ужаснейшая болезнь, но жить без неё пока нельзя.

Трудно агитировать короля за монархию.

Искусством я выправляю себя и заражаю нормальных людей.

Только идиоты полагают, что я следую советам, которые даю другим. С какой стати? Я ведь совершенно не похож на других.

Как-то меня спросили о моде. — Мода это то, что способно выйти из моды.

Сюрреализм — не партия, не ярлык, а единственное в своём роде состояние духа, не скованное ни лозунгами, ни моралью.

Когда все гении перемрут, я останусь в гордом одиночестве.

Стоит заговорить со мной о Французской революции, как я делаюсь болен.

Когда меня спрашивают «что нового», я отвечаю «Веласкес! И ныне и присно».

Согласно закону возмещения, постулату о неустойчивости равновесия и принципу разнородности недостаток чего-либо даёт в конечном итоге новую систему отношений.

Комар, ранним утром впивающийся вам в ляжку, может послужить молнией, которая озарит в вашем черепе неизведанные ещё горизонты.

Смерть завораживает меня вечностью.

Люблю журналистов! Они также способствуют кретинизации населения. И прекрасно с этим справляются.

Сам я, когда пишу, не понимаю, какой смысл заключен в моей картине. Не подумайте, однако, что она лишена смысла! Просто он так глубок, так сложен, ненарочит и прихотлив, что ускользает от обычного логического восприятия.Про усы Сальвадора Дали

Меня зовут Сальвадором — Спасителем — в знак того, что во времена угрожающей техники и процветания посредственности, которые нам выпала честь претерпевать, я призван спасти искусство от пустоты.

С годами я хорошею.

Механизм изначально был моим личным врагом, а что до часов, то они были обречены растечься или вовсе не существовать.

Разница между сюрреалистами и мной заключается в том, что сюрреалист — это я.

Мои усы радостны и полны оптимизма. Они сродни усам Веласкеса, и являют собой полную противоположность усам Ницше.

Раз я не обладаю той или иной добродетелью, мне причитается компенсация.

Не бойтесь совершенства. Вам его не достичь.

Произведение искусства не пробуждает во мне никаких чувств. Глядя на шедевр, я прихожу в экстаз от того, чему могу научиться. Мне и в голову не приходит растекаться в умилении.

Не старайся идти в ногу со временем, от времени никуда не денешься. Все мы — что бы ни вытворяли — поневоле современны.

Политика, как рак, разъедает поэзию.

Неправда, что поведение Дали ненормально. Оно — антинормально.

Подчинись тому, чему не обязан подчиниться.

Ну выйдет человечество в космос — и что? На что ему космос, когда не дано вечности?

Пикассо говорил мне: «Искусство — дитя сиротства и тоски. Другие пишут свою жизнь, я пишу картины».

Обычно думают, что дурной вкус не может породить ничего стоящего. Напрасно.

Пейзаж — это состояние души.

От Веласкеса я узнал о свете, лучах, бликах и зеркалах куда больше, чем мог бы узнать из сотен увесистых научных книг. Его полотна — это золотая россыпь точных, выверенных решений.

Отец выгнал меня из дому. Тогда-то я и ощутил у себя на голове яблоко. История Вильгельма Телля повторяется.

Ошибка — от Бога. Поэтому не старайтесь исправить ошибку. Напротив, попробуйте понять её, проникнуться её смыслом, притерпеться к ней. И наступит освобождение.

Особенность моей гениальности состоит в том, что она проистекает от ума. Именно от ума.

Первый сравнивший щеки молодой девушки с розой, наверняка, был поэтом, первый повторивший это, вероятно, был идиотом.

Обожаю умных врагов.

По мне богатеть не унизительно, унизительно умереть под забором.

Несчастны нищие духом, ибо благие порывы связывают их по рукам и ногам.

Пока все разглядывают мои усы, я, укрывшись за ними, делаю своё дело.

Не старайтесь прикрыть нарочито небрежной живописью свою посредственность — она обнаружит себя в первом же мазке.

Почему у вас часы растекаются? — спрашивают меня. — Но суть не в том, что они растекаются! Суть в том, что мои часы показывают точное время.

Не будь у меня врагов, я не стал бы тем, кем стал. Но, слава богу, врагов хватало.

Простейший способ освободиться от власти золота — это иметь его в избытке.

Моя живопись — это жизнь и пища, плоть и кровь. Не ищите в ней ни ума, ни чувства.

Разница между мной и сумасшедшим в том, что я не сумасшедший.

Миру придется немного потесниться, и ещё вопрос, вместит ли он гения!

Рядом с историей политика — не более, чем анекдот.

Меня совершенно не трогает, что пишут критики. Я-то знаю, что в глубине души они любят мои работы, но признаться боятся.

С эстетической точки зрения совершенно неприемлемо мнение, что с рождением далинизма во Вселенной ровным счетом не произошло чего-либо важного. Ещё как! А сам далинизм не является ли тем единственным светлым пятном на теле зловонного мира, ради которого на некоторое время оттягивается наступление Армагеддона?

Люблю инквизицию! Все великое делается наперекор и, следовательно, благодаря несвободе. Свобода — если определять ее как эстетическую категорию — есть воплощение бесформенности, это сама аморфность.

Свобода — вроде шпината — что-то вялое, без костей.

Коммунизм неуклонно деградирует. Судите сами: Маркс был необыкновенно волосат, Ленин носил бороду и усы, Сталин только усы, а у Хрущева и того не было.

Со всей ответственностью заявляю: я никогда не шутил, не шучу, и шутить не собираюсь.

Когда меня спрашивают, какая разница между полотном Веласкеса и хорошей фотографией, я отвечаю: семь миллионов долларов.

Спасибо моим врагам. Если бы не они, я бы не стал тем, кем я стал.

Когда меня обуревают чувства, я превращаюсь в форменного идиота.

Страдая, я развлекаюсь. Это мой давний обычай.

Какую бы чушь ты не нес, в ней всегда есть крупица правды. Горькой правды.

Сюрреализм — полная свобода человеческого существа и право его грезить.

Каков я на самом деле, знают считанные единицы.

Тот, кто не хочет подражать никому, ничего не производит.

Искусство низачем не нужно. Меня же притягивают бесполезные вещи. И чем никчёмнее, тем сильнее.

Трудно привлечь к себе внимание даже ненадолго. А я предавался этому занятию всякий день и час.

Известно ли вам, что успех любой религии коренится в её таинствах? Если всё объяснить научно, тайна исчезнет…

Увидел — и запало в душу, и через кисть пролилось на холст. Это живопись. И то же самое — любовь.

Живопись и Дали не одно и то же, я как художник не переоцениваю себя. Просто другие так плохи, что я оказался лучше.

Ещё в раннем детстве я приобрел порочную привычку считать себя не таким, как все, и вести себя иначе, чем прочие смертные. Как оказалось, это золотая жила!

Художник не тот, кто вдохновляется, а тот, кто вдохновляет.

Если в стране нет по меньшей мере пятидесяти сортов сыра и хорошего вина, значит, страна дошла до ручки.

Через века мы с Леонардо да Винчи протягиваем друг другу руки.

Думаю, что сейчас у нас средневековье, но когда-нибудь настанет Возрождение.

Чувство банально по своей природе. Это низший природный элемент, пошлый атрибут обыденности. Когда меня обуревают чувства, я превращаюсь в форменного идиота.

Дон Кихот был сумасшедший идеалист. Я тоже безумец, но при том каталонец, и моё безумие не без коммерческой жилки.Я никогда не встречал женщины Сальвадора Дали

Я — декадент. В искусстве я нечто вроде сыра камамбер: чуть переберёшь, и всё.

Для начала научитесь рисовать и писать как старые мастера, а уж потом действуйте по своему усмотрению — и вас будут уважать.

Я — последний отголосок античности — стою на самой грани.

Дали — наркотик, без которого уже нельзя обходиться.

Я благодарен судьбе за две вещи: за то, что я испанец и за то, что я — Сальвадор Дали.

Герой, если он настоящий герой, всегда сам по себе. Одно дело герой, другое — слуга.

Я всегда говорил, что мёд слаще крови. А не наоборот.

Вы пренебрегаете анатомией, рисунком, перспективой, всей математикой живописи и колористикой, так позвольте вам напомнить, что это скорее признаки лени, а не гениальности.

Я до неприличия люблю жизнь.

Врагов я забрасываю цветами — в гробу.

Я монархист — и причиной тому Веласкес, а также корона, символ четырех наиглавнейших добродетелей: честности, справедливости, силы и великодушия.

Великие психологи и те не могли понять, где кончается гениальность и начинается безумие.

Я не коммунист, но не имею ничего против коммунизма. Я уважаю любые убеждения и прежде всего те, которые несовместимы с моими.

Я не сюрреалист, я — сюрреализм.

Более всего на свете я презираю Родена, который изваял этого Мыслителя. В такой позе не то что мыслить, даже гадить неудобно.

Я никогда не мог разрешить роковой вопрос: где у меня кончается притворство и начинается искренность.

Безумие для меня весьма питательно, а произрастает оно из шутовства.

Я понятия не имею, беден я или богат. Всем распоряжается жена. А для меня деньги — мистика.

Бежать впереди Истории гораздо интереснее, чем описывать её.

Я столько умею, что не могу допустить даже мысли о собственной смерти. Это было бы слишком нелепо. Нельзя разбазаривать богатство.

Абстракционистов нынче прямо не счесть.

В коллекцию вошли фразы и цитаты Сальвадора Дали с картинками и в тексте.

Расскажите своим друзьям:


Do NOT follow this link or you will be banned from the site!