Приключения майора Звягина — Цитаты

«Приключения майора Звягина» — роман Михаила Веллера.

Торопиться — означает делать медленные движения без перерывов между ними.Невезение — это судьба. А судьба -это характер и обстоятельства. Характер можно изменить, а обстоятельства — создать. — И кем ты работаешь?
 — Пожарным.
 — Где?!!
 — В театре…
 — И он ещё не сгорел? А говоришь, не везёт.
 — Зачем вы продали мой телевизор?!
 — Чтоб ты делал свою жизнь, а не смотрел на чужие.У нас есть лишь один способ стать счастливым — сделать счастливым другого человека.Верить в себя! Верить. И делать всё возможное — тогда невозможное получится само!Если красота — это совершенство, то почему заурядная лань красивее самого совершенного крокодила?Явить красоту там, где её не было — это искусство, а не обман.Вы совсем не умеете пользоваться ногами, девочка!Вашей трагедии хватит на пять комедий.Вольно же детям так идеализировать родителей, чтобы потом разочароваться в созданном идеале и вовсе их не уважать.Устами младенца глаголет безответственность.Ни одно доброе дело не остаётся безнаказанным.Напрасно думают, что ранняя юность — период безудержного оптимизма и безоблачного счастья. В четырнадцать лет люди

очень остро и драматично воспринимают жизнь, и своё будущее переживают острее, чем когда поздней оно сбывается
на самом деле.

На самом деле очень глупо отдавать ужин врагу. Правда, врагу вообще глупо отдавать что бы то ни было. Все животные

любят поесть на ночь и лечь спать, спокойно это переваривая. Недаром после еды клонит в сон. Природу не обманешь.

Случайная встреча, это всегда приключение в миниатюре, всегда сохраняет заманчивость неизвестности, привлекает

отклонением с наезженной колеи обыденности.

Тридцать лет для большинства — вообще страшный возраст, конец событийного периода в жизни. Всё сделано, дальше будут

только дети расти, а родители — стареть: всё уже позади.

 — Я средний человек. А знаешь, что такое средний человек? Это тот, кто проживает свою жизнь только до середины. А дальше —

жизнь продолжается, а судьба уже кончена.

Почему к любимой женщине можно уйти, а к любимой жизни — нет?«Как ужасно, как ужасно быть такой! Сначала в детстве не понимаешь, я любила драться с мальчишками, гордилась собой… А потом, лет в шесть, особенно в школе, уже чувствуешь: с тобой меньше играют, меньше зовут, как-то все радости тебе достаются во вторую очередь… Учительница ласкова, справедлива, и от этого несправедливость других еще больнее, а внутри уже поселилась неполноценность, горе второсортности, комплекс милостыни — что все хорошее, выпадающее тебе — это не от сердца дают, а по обязанности, подчеркивая справедливость, и уже кажется, что это не заслуженно, а из милости, и надо усиленно благодарить кого-то… Но в восемь лет это только смутные чувства, а потом начинаешь понимать, происходит страшное — когда другие хорошеют, превращаются в девушек, а ты… в классе появляется напряженность между девочками и мальчиками, и когда дразнят или даже бьют — в этом какой-то дополнительный смысл, стыдный и счастливый… А ты в стороне, сама вступишься за кого-нибудь — накостыляют тебе, а даже лупят совсем не так, как красивую, равнодушно и больно лупят — без интереса. И лето, и физкультура, все украдкой разглядывают и оценивают друг друга, сравнивают… красивые так беспечны, веселы, уверенны, — значительны, уже ходят на танцы; и начинаешь реветь ночами в подушку, и не жизнь раскрывается впереди, а черная истина… бьешь себя в ненависти по лицу, до одури смотришь в зеркало: чуть лучше? выправляется!!! вдруг нравишься себе: ничего, кое-чего стою, даже мила, — но обман смывается безнадежной тоской: мерзкий лягушонок, доска… Семнадцать лет, все веселятся, у кого-нибудь вечером с тобой тоже танцуют и шутят, так чудесно, да никто не проводит, не ходит с тобой. На праздник не позвали, делаешь вид, что и не знаешь о собирающейся компании, а внутри все дрожит, до самого конца надеешься — спохватятся, позвонят… и весь праздничный день сидишь у телефона: сейчас извинятся, пригласят…нет. Возьмет с собой красивая подруга — так ведь для удобства, из приличия, ты ей не соперница. И знаешь это — а все равно идешь, потому что жить хочется, радости, любви, вечно одна, а позвали мальчики — так это не тебя позвали, а чтоб ты ее с собой привела, красивую. И посмотрит на тебя только такой же урод, как ты сама. И не потому, что нравишься, — на других, покрасивее, он смотреть боится, не надеется; а ты что ж, ему под стать, два сапога пара, уж лучше с такой, чем ни с какой, с кем же тебе, мол, быть, как не с ним… и такая к нему ненависть и презрение, что ногой бы раздавила, как червяка…Выходят замуж, белые платья, поздравляешь их, красивых, счастливых, целуешься, а внутри как маятник: то плачешь, так их любишь и счастья желаешь — будьте счастливы и за себя, и за всех неудачниц, — а то позавидуешь такой черной завистью — взглядом убила бы, и сердце болит, как бритвой пополам режут. А иногда махнешь: гори все огнем, один раз живем, что ж за монашество, давай во все тяжкие, как сумеем — так повеселимся… да после самой противно. И смотришь волком, и ходишь каракатицей, ладно еще, что не я одна такая: соберемся вместе и проводим время как можем, здесь мы друзья-товарищи по судьбе и несчастью, и ничего, живем не хуже других: и одеваемся, и в театр ходим, и в отпуск ездим…Я уже привыкла, смирилась: ну, одинокая, ну, мало ли таких… не инвалид — и то счастье. А тут вы… эти надежды… прикажете — я в огонь пойду, в прорубь брошусь!.. — прожить один год — год бы! красивой и молодой ничего за это счастье отдать не жаль…»Если хочешь побеждать — помни поражения.Жизнь всегда коротка, сколько бы ни прожил. Жизнь всё равно проносится мгновенно. Жизнь — сама себе мера, сколько лет ни живи — мало, мало. Так сейчас или через сорок лет — всё едино: умирать никому неохота.Всем помочь не в силах. Это не повод, чтобы не помочь одному.В разлуке с любимым старятся быстро.Проблема поговорить по душам упирается во множество проблем.Мышеловка за мышью не бегает.Другу легче вырыть яму, чем врагу.Ещё пара таких друзей — и врагов не понадобится.Мужчины всегда были настолько сильны и храбры, что лупили жён. — А ты — скала? Мельница на складной табуретке! — Ты можешь прыгнуть с моста?
 — Прыгнуть могу. Удачно приземлиться на лёд — не уверен.Когда розовые девичьи грёзы рушатся в скверную реальность, от них остаётся чернильная лужица вроде той, что

окутывает удирающую каракатицу.

 — А Игорь твой слабак. Я бы на его месте выставил меня вон.
 — Вот поэтому ты не на его месте.Настоящего человека не собьешь с пути ничем. От чего можно отказаться — то не очень-то и нужно было.

Расскажите своим друзьям: