Левая рука Тьмы — Цитаты

 

В самом начале не было ничего, кроме льда и солнца.

За много-много лет солнце, растопив льды, выжгло в них глубокую трещину. По краям этой бездонной пропасти лежали большие ледяные глыбы самой различной формы. Ледяные глыбы таяли, и капли талой воды всё падали и падали вниз, в пропасть. Одна из глыб сказала: «У меня кровь идёт». Вторая сказала: «Я плачу». А третья сказала: «Я потею».

И тогда эти ледяные глыбы отодвинулись подальше от края пропасти и встали посреди ледяной равнины. Та, что сказала, что у неё идёт кровь, дотянулась до солнца, вытащила пригоршню экскрементов из его живота и сотворила из них земляные холмы и поля. Та, что сказала, что плачет, дохнула на лёд и, растопив его, создала моря и реки. Та, что сказала, что потеет, смешала землю и воду морскую и сотворила деревья, травы, полезные злаки, зверей и людей. Растения росли на земле и на дне морском, звери бегали по суше и плавали в водах океана, но люди никак не просыпались. И было их всего тридцать девять. Они спали на льду и не шевелились.

Тогда все три глыбы льда быстро согнулись и сели, задрав вверх колени, а потом позволили солнцу растопить их до конца. Они таяли, превращаясь в молоко, которое потекло прямо во рты спящих, и спящие проснулись. И молоко это с тех пор пьют лишь дети человеческие, ибо без этого молока не пробудятся они к жизни.

Первым пробудился Эдондурат. И таким он был высоким, что, когда встал, голова его задела небо, и выпал снег. Он увидел, что остальные ворочаются, просыпаясь, испугался того, что они двигаются, и от страха убил их одного за другим лишь слабым ударом своей огромной руки. Он успел убить уже тридцать шесть человек, когда один из спящих, предпоследний, убежал. И получил он имя Хахарат. Далеко убежал он по ледяной равнине, за земляные поля, а Эдондурат упорно преследовал его, наконец догнал и слегка ударил ладонью. Хахарат упал и умер. Тогда Эдондурат вернулся к Месту Рождения на Ледник Гобрин, где лежали тридцать шесть мёртвых тел, но последний оставшийся в живых человек исчез. Ему удалось спастись, пока Эдондурат преследовал Хахарата.

Из замёрзших тел своих братьев Эдондурат построил дом, засел внутри и стал поджидать, когда вернётся тот, оставшийся в живых. Каждый день кто-то из мертвецов непременно спрашивал вслух: «Жжётся ли он? Жжётся ли он?» А остальные, едва ворочая замёрзшими языками, говорили в ответ: «Нет, нет». Потом Эдондурат во сне вступил в кеммер, спал беспокойно, ворочался и разговаривал вслух, а когда проснулся, все мертвецы в один голос твердили: «Он жжётся, жжётся!» И тот последний, что остался в живых, самый младший его брат, услышал, как они говорят, и пришёл в дом Эдондурата, построенный из мёртвых тел, и они полюбили друг друга. А потом у них родились дети, от которых пошли разные народы; плоть от плоти Эдондурата были эти дети, из чрева Эдондурата вышли они в этот мир. Имя же второго брата и отца детей неизвестно.

При каждом из рождённых братьями детей была некая частица тьмы, которая следовала за ними повсюду, куда бы они ни пошли при свете дня. Эдондурат сказал: «Почему это моих сыновей повсюду преследует тьма?» А его кеммеринг ответил: «Потому что они родились в доме, построенном из мёртвой человеческой плоти, вот смерть и преследует их по пятам. Они все — как бы посреди времен. В начале были только солнце и лёд и не было никакой тени. В конце, когда мы исчезнем, солнце поглотит самого себя и тень поглотит свет, и тогда не останется ничего, только Лёд и Тьма».

 

In the beginning there was nothing but ice and the sun. Over many years the sun shining melted a great crevasse in the ice. In the sides of this crevasse were great shapes of ice, and there was no bottom to it. Drops of water melted from the ice-shapes in the sides of the chasm and fell down and down. One of the ice-shapes said, «I bleed.» Another of the ice-shapes said, «I weep.» A third one said, «I sweat.»

The ice-shapes climbed up out of the abyss and stood on the plain of ice. He that said «I bleed,» he reached up to the sun and pulled out handfuls of excrement from the bowels of the sun, and with that dung made the hills and valleys of the earth. He that said «I weep,» he breathed on the ice and melting it made the seas and the rivers. He that said «I sweat,» he gathered up soil and sea-water and with them made trees, plants, herbs and grains of the field, animals, and men. The plants grew in the soil and the sea, the beasts ran on the land and swam in the sea, but the men did not wake. Thirty-nine of them there were. They slept on the ice and would not move.

Then the three ice-shapes stooped down and sat with their knees drawn up and let the sun melt them. As milk they melted, and the milk ran into the mouths of the sleepers, and the sleepers woke. That milk is drunk by the children of men alone and without it they will not wake to life.

The first to wake up was Edondurath. So tall was he that when he stood up his head split the sky, and snow fell down. He saw the others stirring and awakening, and was afraid of them when they moved, so he killed one after another with a blow of his fist. Thirty-six of them he killed. But one of them, the next to last one, ran away. Haharath he was called. Far he ran over the plain of ice and over the lands of earth. Edondurath ran behind him and caught up with him at last and smote him. Haharath died. Then Edondurath returned to the Birthplace on the Gobrin Ice where the bodies of the others lay, but the last one was gone: he had escaped while Edondurath pursued Haharath.

Edondurath built a house of the frozen bodies of his brothers, and waited there inside that house for that last one to come back. Each day one of the corpses would speak, saying, «Does he burn? Does he burn?» All the other corpses would say with frozen tongues, «No, no.» Then Edondurath entered kemmer as he slept, and moved and spoke aloud in dreams, and when he woke the corpses were all saying, «He burns! He burns!» And the last brother, the youngest one, heard them saying that, and came into the house of bodies and there coupled with Edondurath. Of these two were the nations of men born, out of the flesh of Edondurath, out of Edondurath’s womb. The name of the other, the younger brother, the father, his name is not known.

Each of the children born to them had a piece of darkness that followed him about wherever he went by daylight. Edondurath said, «Why are my sons followed thus by darkness?» His kemmering said, «Because they were born in the house of flesh, therefore death follows at their heels. They are in the middle of time. In the beginning there was the sun and the ice, and there was no shadow. In the end when we are done, the sun will devour itself and shadow will eat light, and there will be nothing left but the ice and the darkness.»

Ещё по теме:

Расскажите своим друзьям: