Звёздные похождения галактических рейнджеров — Цитаты

 

Глядя на сложенного как греческий бог Джерри Кортени, не подумаешь, что перед тобой превосходный инженер, обладатель медалей и наград за работы во многих областях естественных наук. Скорее этот загорелый, темноволосый, широкоплечий парень с блуждающей на губах лукавой улыбкой выглядел пионером новых территорий, кем он, собственно, и был. Родился Джерри далеко за полярным кругом, на Аляске, вырос вместе с четырьмя братьями-богатырями там же. С молоком матери он впитал любовь к этому прекрасному суровому краю, к бескрайним ледяным просторам и шёпоту деревьев. Была у Джерри ещё одна страсть — тяга к знаниям. Как ни любил он север, но жажда знаний вела его от одного учебного заведения к другому, от школы к школе, пока наконец он не попал в Плисантвильский колледж.

На долю приятеля Джерри Чака ван Чивера выпало куда более прозаическое детство сына миллионера. Отец Чака был пятым ребёнком в семье босяка-эмигранта, но, как утверждают семейные легенды, родился с платиновой ложечкой во рту. В юности ван Чивер старший отправился на поиски золота. Жёлтого металла не нашел, зато, застолбив участок там, где сейчас психиатрическая больница города Плисантвиль, обнаружил платину. Честер ван Чивер разбогател, но через несколько лет неожиданно продал шахту, а на полученные деньги купил на окраине города крошечный сыроваренный заводик. Благодаря особым технологиям и обилию специй его сыр «Ван Чивер Чедер» приобрёл всемирную известность, а владелец — миллионы. Хотя некоторые гурманы утверждали, что вкусом новый сыр напоминает подсоленную пережеванную бумагу, ценителей сыра оказалось много, видимо из-за того, что в состав сыра входили специальные добавки, которые поглощали из атмосферы влагу, и, если сыр не был съеден в первые два-три дня после приобретения, его становилось гораздо больше. Как показала жизнь, Честер ван Чивер был парень не промах, не в пример жадным спекулянтам недвижимостью, которые купили у него платиновый рудник. А жила через несколько недель истощилась! Удар оказался столь сокрушительным, что большинство из них закончили свои дни в уютных уединённых коттеджах, возведённых на месте рудника.

От отца Чак унаследовал светлый ум, но посвятил его не бизнесу, а математике. К тому же Чак — светловолосый гигант с руками толщиной с ногу обычного мужчины — был душой футбольной команды «Стегозавры», в решающую минуту он пробивал брешь в обороне соперника, забивал мячи с любого конца поля. Правда, случалось, он забывал об игре. Например, дважды за последний сезон в его мозгу возникало решение сложной математической задачи, и он замирал посреди матча, но затем, так же внезапно, как замирал, вновь включался в игру и проводил решающий мяч; и товарищи по команде помалкивали о его странностях. — 1

 

Tall, dark-haired, broad-shouldered Jerry Courteney, handsome as a Greek god with a whimsical smile forever playing about his lips, would never be taken for the topnotch engineer that he was, the man who walked off with every medal and every award in every field that he chose to study. He looked less like a scholar than the rugged frontiersman he really was, for he had been born up on the far northern border of our country, on a homesteaded ranch in Alaska north of the Arctic Circle. In that rough environment he had grown up with his four strapping brothers and strapping father, who strapped them all quite well when they got out of line, as high-spirited boys ever will. The others were all still there, hewing a precarious living from the virgin wilderness, but much as he loved the icy silences and whispering trees, Jerry had been bitten by the bug of knowledge, just as his arms were bitten by the ravenous mosquitoes so his skin was tougher than shoe leather, and had made his way from school to school, scholarship to scholarship until he reached State College.

Chuck van Chider, no less of a genius, had had a far easier time of it. A blond giant of man with arms as thick as a strong man’s legs, he was the heart and spirit of the State Stegasauri, the championship football team, the man who could open a hole in any line, who could carry the ball through any number of grappling foe. When he remembered to. Twice during the last season he had stopped stock still with the game surging around him as a solution to a complicated mathematical problem suddenly presented itself to him. He went on to win these games, so his teammates never minded the blank moments, and he was also the heir to the van Chider millions which also did not make him any enemies. Born with a platinum spoon in his mouth, his father had prospected a platinum mine on the very spot where the Pleasantville Mental Hospital now stood; he had never known want. Before the mine had played out, the shrewd Chester van Chider had sold out and used the money to buy the tiny cheese works outside of town. By the addition of inert ingredients and deliquescing agents to the sturdy cheese he had built a world wide market for Van Chider Cheddar — and a fortune for himself. Though discontented radicals from the lunatic fringe often said his cheese tasted like rancid sealing wax, the public at large loved it, mostly for its deliquescing agents which absorbed water from the atmosphere so that after a few days, if you didn’t eat fast enough, you had more cheese than you started with. Chester van Chider was a shrewd businessman, unlike the greedy operators who bought his platinum mine only to have it play out a few weeks later, this blow being so great that most of them ended up in the aforementioned looney bin built on the minesite.

The keen business mind of the father was reflected in the mathematical genius of the son. <текст далее?>

Расскажите своим друзьям: