Владимир Борисович Микушевич — Цитаты

Владимир Борисович Микушевич (5 июля 1936, Москва) — русский поэт, прозаик, переводчик, эзотерик и мистик, религиозный философ.

 

Аборт не подлежит оправданию, но женщина, сделавшая аборт, не подлежит осуждению.

 

Активность преступна, пассивность позорна.

 

Анархизм отрицает власть, не отрицая насилия, но что такое насилие, если не противоправная власть.

 

Атеизм приговаривает человека к смерти.

 

Афоризм — это краткое изречение, мудрость которого не нуждается в доводах.

 

Безразличие — вернейший способ убить любое мнение, поэтому безразличие нельзя считать терпимостью.

 

Божий замысел неисчерпаем, поэтому человеческая воля свободна избрать любую из бесчисленных возможностей.

 

Большинство обнаруживает свою правоту и силу лишь при избрании лиц, а не при установлении принципов.

 

Бывает консерватизм хранительный и консерватизм охранительный. Когда нечего хранить, то ничего другого не остается, как охранять.

 

Во внутрипартийной борьбе не выживает никто, кроме отъявленных индивидуалистов.

 

Государственный строй — это музыка, а не механика.

 

Гражданская доблесть — умение примиряться с недостатками, которые в своей действительности лучше фиктивного идеала.

 

Границы нужно непрерывно подкрашивать человеческой кровью, иначе их забудут в мире, где право и техника не знают границ.

 

Грех неизбежен, а праведность в том, чтобы, осознав неизбежность греха, не мириться с грехом.

 

Деньги развращают, собственность облагораживает.

 

Диалог ведётся не для того, чтобы убедить, а для того, чтобы понять собеседника.

 

Духовный опыт человека сводится к тому, чтобы превратить жизнь в искусство; социалистический реализм превращает искусство в жизнь, насилуя жизнь и искусство.

 

Единичное охраняется правом как принцип, а не как особь.

 

Если государство мирится с преступностью, спрашивается, не преступление ли существование такого государства.

 

Живопись выявляет невидимое в том, что видимо; иконопись являет видимое в невидимом.

 

Жизнь — диалог судьбы и совести.

 

Зависть выдаёт себя за ненависть, скрывая от самой себя, что она зависть.

 

Закон есть единство свободы и принуждения, причём одно не существует без другого. Отвергая принудительное, революция уничтожает и свободу, предоставляемую законом.

 

Когда слова рифмуются, каждое из них приобретает значение, которого не имело бы, не будь рифмы.

 

Литература берёт верх над философией, ибо литература завораживает, как всё низкопробное.

 

Ложь находчива, доходчива и понятна.

 

Народ не только кричит, но и безмолвствует хором.

 

Наркомания распространяется по мере того, как будущее обесценивается.

 

Насилие готово посягнуть на что угодно, так как насилие не признает в человеке неотъемлемого. Между тем в основе всякого строя лежит неотъемлемое.

 

Номенклатура рано или поздно превращается в мафию, так как неограниченная власть устраняет различие между законностью и преступностью.

 

Общество не может основываться на нравственности, так как общество включает в себя и безнравственных.

 

Перевод свидетельствует об оригинале, осуществляя возможности поэтического мотива, неосуществлённые в оригинале.

 

Подчиниться природе — унижение для человечества, подавить природу — самоубийство. Найти соответствие человека и природы — его сверхзадача.

 

Поисками заговоров заговаривают свой страх перед бессмысленностью истории.

 

Проза — искусство обманывать, что в стихах невозможно.

 

Прощения достоин только тот, кто ничего себе не прощает.

 

Род человеческий существует, пока большинство так или иначе обуздывается меньшинством.

 

Сам пиетет среднего человека перед культурой показывает, насколько чужда культура среднему человеку.

 

Свобода — понятие метафизическое, равенство — понятие политическое, братство — понятие этическое. Ни одно из этих понятий не существует без двух других, но каждое из них уничтожается демагогическим смешением всех трёх.

 

Толпа похотлива, но бесплодна.

 

Упрощение правды — начало лжи.

 

Функция идеологии в том, что она вынуждает человека непрерывно отрекаться от самого себя; от верующих идеология требует неверия, от неверующих — веры.

 

Хаос граничит с гармонией через человека.

 

Художник лишь тот, кто продолжает творить, не сомневаясь, что его творение будет немедленно уничтожено. Творчество не нуждается в будущем.

 

Цинизм заключается в том, что посредственность судит о других по себе.

 

Человечная культура предпочитает в искусстве трагическое, чтобы израсходовать жестокость ради деятельной человечности. Бесчеловечная цивилизация предпочитает в искусстве сентиментальное, чтобы израсходовать остатки человечности ради деловитой жестокости.

 

Что создано вдохновением, то постигается лишь вдохновением.

 

Эрос — это стихия, секс — раздражение.

Афоризмы Владимира Микушевича на сайте Владимира Шойхера

Расскажите своим друзьям: