Топаз — Цитаты

Топаз — прозрачный полудрагоценный камень из группы силикатов алюминия, чаще всего топаз почти бесцветный, но окраска бывает в широких пределах от коричнево-жёлтого до голубого, розового, золотистого, оранжевого и даже красновато-оранжевого (редко). Своё название этот камень получил по месту находки на острове Топазиос (Топазион) в Красном море, по другой версии — от санскритского слова «тапас» — тепло. За большой удельный вес уральские горняки и камнерезы называли его ещё «тяжеловесом».

В научной и научно-популярной литературе

 

Алмаз ― наичистейший, граненый называется бриллиант; рубин ― красный; яхонт ― синий; топаз, как золото, желтый; изумруд ― зеленый; хризолит ― желто-зеленый; аметист ― фиолетовый; виниса ― тёмнокрасная; гиацинт ― желто-красный; берилл ― сине-зеленый, из коих первые семь наипрозрачнейшие, а последние три более или менее прозрачные и суть все драгоценные камни, различающиеся между собою цветом или водою, цену имеющие в чистоте воды, а продающиеся по весу.

  — Василий Зуев, из учебника «Начертание естественной истории», 1785
 

С минералогом и почвоведом мы не так можем быть близки: эти специалисты должны найти для себя работу, и она, в особенности после обсуждения с Жамцарано, найдется в области изучения мест залегания полезных ископаемых. Начать с того, например, месторождения топазов, тяжеловесов, которые в большом количестве (в десятках пудов) отправляют для обработки в Россию и проч. Крыжановский и Полынов просили было меня командировать их к месту Павлова, в долину озер центральноазиатского бассейна, но я воздержусь до совещания с Жамцарано. Всего полезнее мое первое предположение, которое должно быть им предложено. Говорим вообще много, часто непоследовательно, перескакивая с места на место.

  — Пётр Козлов, «Географический дневник Тибетской экспедиции…», 1926
 

Топаз ― один из наиболее красивых самоцветов Урала. Это о нем А.Е.Ферсман писал: «Россия поистине может гордиться своими топазами, которые по красоте тона, чистоте воды и величине кристаллов занимают исключительное место среди топазов всего света». И действительно ― нежно-голубые кристаллы Мурзинки, бесцветные и красновато-фиолетовые топазы Каменки поражают своей удивительной красотой, особенно в изделиях. Голубые топазы по цвету напоминают аквамарин, однако отличаются от него поразительной прозрачностью, более высоким удельным весом (отсюда название «тяжеловес») и ярким блеском. Кроме того, топаз обладает совершенной спайностью в одном направлении, т. е. способностью колоться на ровные пластины по определенным направлениям. Все эти свойства отличают его от горного хрусталя, с которым в обломках его легко спутать. В старой литературе, и даже по сей день, ювелиры называют почему-то дымчатый кварц раухтопазом («дымчатый топаз»).

  — Моисей Дорфман, «Уральские самоцветы», 1965
 

Причина красивой окраски минералов бывает различной. У голубых топазов она вызвана вхождением в структуру минерала ионов закисного железа, у красновато-фиолетовых, по-видимому, дефектностью структуры. Последние на солнце довольно легко обесцвечиваются, а при слабом нагревании теряют окраску вообще. Желтые топазы при легком прокаливании становятся розово-фиолетовыми. Топазы образуются, как и берилл, в пегматитах. Лучшие из добытых кристаллов украшают стенды Минералогического музея Академии наук СССР и Горного музея в Ленинграде.

  — Моисей Дорфман, «Уральские самоцветы», 1965

В художественной литературе

 

«В котором месте ваши утёсы кварца или, по здешнему сказать, топазовые?» — спросил путешественник у Миссионера. «И как далеко отсюда будет до приисков ваших Урульгинских цветных камней, которые открыл крестьянин Кривоносов; и в одном ли месте найдены Сибирские алмазы — тяжеловесы, а по Минералогии топазы, и разноцветные аквамарины, и лучистый шерл и чёрный, также разноцветные турмалины и вениса, или гранат?»

— Утёсы кварца или по нашему топазовые, где найдёны тяжеловесы, отсюда по левой руке, вон там за теми хребтами! — отвечал Миссионер. От дороги, по которой мы идём, не более будет 30 вёрст; а до аквамариновых приисков вёрст 20. Шерлы лучистые и чёрные, также алый шерл, вениса или гранат малинового цвета, тож около аквамаринов. Найден ещё тёмно-фиолетовый прекрасный аметист в другом месте, не так давно. Впрочем и все подобные камни, равно как и горный безцветный хрусталь находят в горах Урульгинских во многих местах.

  Даурец, Внутренние известия: «Один день в лесах Хингана», Нерчинск, 15 мая 1841
 

Дом княжны Анны Борисовны, уцелевший каким-то чудом во время пожара 1812, не был поправлен лет пятьдесят; штофные обои, вылинялые и почерневшие, покрывали стены; хрустальные люстры, как-то загорелые и сделавшиеся дымчатыми топазами от времени, дрожали и позванивали, мерцая и тускло блестя, когда кто-нибудь шел по комнате…

  — Александр Герцен, «Былое и думы» (часть третья), 1856
 

― Это из чего у вас перстень? ― перебил вдруг Митя, как бы выходя из какой-то задумчивости и указывая пальцем на один из трех больших перстней, украшавших правую ручку Николая Парфеновича.

― Перстень? ― переспросил с удивлением Николай Парфенович.

― Да, вот этот… вот на среднем пальце, с жилочками, какой это камень? ― как-то раздражительно, словно упрямый ребёнок, настаивал Митя.

― Это дымчатый топаз, ― улыбнулся Николай Парфенович, ― хотите посмотреть, я сниму…

― Нет, нет, не снимайте! ― свирепо крикнул Митя, вдруг опомнившись и озлобившись на себя самого, ― не снимайте, не надо… Чёрт… Господа, вы огадили мою душу! Неужели вы думаете, что я стал бы скрывать от вас, если бы в самом деле убил отца, вилять, лгать и прятаться?

  — Фёдор Достоевский, «Братья Карамазовы», 1880
 

Княжна редко выходила в другие комнаты. Они были просторны и удобно расположены, но, оставаясь без обновления, от времени казались как бы полинялыми. В двух гостиных и зале висели большие люстры с гранеными хрустальными подвесками, которые от копоти походили на дымчатые топазы и так ослабели на своих подвесках, что при малейшем сотрясении, сверкая, позванивали.

  — Татьяна Пассек, «Из дальних лет», 1889
 

Сквозь сизый дым кадил он точно во сне видел, как горят и трепещут огоньки восковых свечей перед иконами; как в розовых и голубых лампадах ровно теплится пламя, играя порою на окладах, на серебре и золоте риз, на гранях драгоценных камней… Над кротким ликом Богоматери, склонившейся к Пресветлому Младенцу, сияет алмазный венчик. Точно яркие звездочки, светятся изумрудные и рубиновые вставки… Вон крупный топаз золотою искрою горит в клубящихся волнах фимиама. И самый дым кадильный медлительно возносится в высоту; на минуту пронизывает его солнечный блеск, проникающий сквозь высокие и узкие окна купола…

  — Василий Немирович-Данченко, «Сластеновские миллионы», 1893
 

…такие же змеевидные красноглазые браслеты бросились в глаза Дебрянскому на обеих руках ее; талию тоже сжимал чешуйчатый пояс восточного низкопробного серебра, замкнутый пряжкою двух впившихся друг в друга змеиных голов ― только у этих змей глаза были у одной зеленые, изумрудные, у другой ― желтый топаз…

  — Александр Амфитеатров, «Жар-цвет», 1895
 

Вообще это неправильно, надеяться, что бриллианты могут украсить безобразие. Как угодно нарядите урода, он станет еще уродливее. На теле красивой женщины сами драгоценности становятся богаче и прелестнее и ее красоту делают прямо… прямо царственной. Вам, к примеру, очень бы пошли топазы. Евгения Алексеевна рассмеялась:

― Ах, действительно, мне только топазов не хватает! Саратовский гость, любуясь, смотрел на нее через края рюмки.

  — Антон Макаренко, «Книга для родителей», 1937
 

Но больше всего любил он Мокрушу ― то замечательнейшее место на всем свете, где в болотистом лесу, в полузалитых водою ямах, добывались нежно-голубые топазы, черные морионы и желто-винные бериллы. ― Заложу душу свою, а раскрою я эту жилу, что под Алабашку падает, и камень найду, да какой еще! И он действительно находил камень, то замечательные штуфы с новыми редкими минералами, то почти двухпудовый топаз-тяжеловес, то лиловую слюду с зелеными оторочками. Хрисанфыч умел бережно и аккуратно доставить домой свою добычу, уложить в сундуке все штуфы получше, а в белье спрятать самое ценное.

  — Александр Ферсман, «Воспоминания о камне», 1940
 

Она увлекалась синими камнями, нашла где-то сама старую Минералогию и в ней читала страницы только о синих камнях. Сначала я платил довольно спокойно по ее счетам, но скоро синие камни сменились красными, а счета выросли во много раз. Жанна сделалась совершенно помешанной на красных камнях: кровавый аметист, розовые рубеллиты, нежные винно-красные топазы и рубины всех тонов из Сиама и Бирмы! Каждый камень отвечал определенному платью, определенному времени года, часам дня, погоде и даже определенному настроению.

  — Александр Ферсман, «Воспоминания о камне», 1940
 

Достаточно было одного взгляда, чтобы распознать в белой породе грейзен ― измененный высокотемпературными процессами гранит, переполненный оловянным камнем ― касситеритом. В чисто белой массе беспорядочно мешались серебряные листочки мусковита, жирно блестящие топазы, похожие на черных пауков «солнца» турмалинов и главная цель его предприятия ― большие, массивные бурые кристаллы касситерита. Этот грейзен обладал особенностью, ранее незнакомой Усольцеву: от самого гранита почти ничего не осталось, его место занял молочно-белый кварц, очень плотный и крепкий. «Похоже на полностью измененную пластовую интрузию, ― подумал Усольцев.

  — Иван Ефремов, «Белый рог», 1944
 

Сплавить куда-нибудь жену и полностью развязать себе руки Меркурию не удалось. Он поехал домой и, к немалому удивлению Ольги, сообщил, что решил серьезно взяться за диссертацию. За топазами он не поедет. Ну их в баню, эти топазы. Надорвешь здоровье, а потом еще посадят. Ольга, глядя на долгожданное превращение мужа, чуть не прослезилась. Меркурий заявил, что отпуск проведет на даче, полностью посвятив себя диссертации.

  — Дмитрий Каралис, «Феномен Крикушина», 1984
 

― В алмазе пузырек был, так он его удалил, аметист темнее сделал, видите? ― Она поиграла перед его глазами крупным черно-фиолетовым кристаллом, в котором кровавой точкой догорало окно. ― В хризолитах трещинки залечились, а топаз, так тот вообще голубым стал. Вы хоть когда-нибудь слыхали про голубые топазы? Лев Минеевич недоуменно скривил лицо. ― То-то и оно что не слыхали. И никто не слыхал…

  — Еремей Парнов, «Третий глаз Шивы», 1990
 

― Я видела, он в паре с лифтершей работает. Мы вышли, он с ней перемигнулся ― и в подъезд. А потом у меня три топаза пропало. Было десять, стало семь, вот так-то! На вопрос дедушки, почему же Рудик не взял все десять, бабушка ответила, что он хитер и тащит понемногу, чтобы она не заметила. Оставшиеся топазы бабушка решила перепрятать, достала их из старого чайника, зашила в марлю и приколола ко внутренней стороне своего матраца, приговаривая, что туда Рудик заглянуть не додумается. Потом она забыла про это, вытряхнула матрац на балконе, а когда хватилась, мешочка с привезенными дедушкой из Индии топазами простыл под нашими окнами и след.

  — Павел Санаев, «Похороните меня за плинтусом», 1995
 

…моря эти притягательны, и компасная стрелка записного романтизма так и показывает туда, в те края, где завиток волны созвучен завитку раковины, где зубчатые выступы ее подобны выступам скал и подводных камней, где неустанное пение воды пропитало ее оболочку , сделало ее мембраной, сделало инструментом для воспроизведения этого пения, кораллами, соединенными в марсианские ветвистые конструкции, и топазами, дымчатыми сгустками предвечернего света…

  — Владимир Алейников, «Тадзимас», 2002

В поэзии

 

Там, где в гроздьях, там, где в гимнах

Рдеют Вакховы экстазы…

В тусклый час, как в тучах дымных

Тлеют мутные топазы…

  — Вячеслав Иванов, «Медный всадник» (Сивилла), 1908
 

Среди пиров корявости,

В дыму пивных шумношатающихся стоек

Я не позабуду

Твой глазастый праздник:

Десятый день парное солнышко,

Лукавствуют уральские топазы

В теплой ресничной рощице.

  — Павел Васильев, «Синицын и Ко» (Отрывки из поэмы «Большой город»), 1934
 

Он извлек из огня топазы

Красноватые, чуть в дыму…

Застывающие алмазы

Полюбились еще ему.

  — Валерий Перелешин, Поэма о мироздании («Неслучайный среди случайных…»), 1942
 

К милой приду и посмотрю ей в очи:
«Слушай меня, не бойся этой ночи!

Слушай меня! Огонь любовный жарок,

Я амулет принес тебе в подарок».
Если она принять его захочет,
Дымный топаз нам счастье напророчит.

Если она в ответ смеяться будет,

Верный кинжал за все про все рассудит!

  — Павел Антокольский, «Сердце мое принадлежит любимой…» (из сборника «Песни откуда-то»), 1976
  1. В.Н.Топоров. Мифологический словарь под ред. Е.М.Мелетинского. — М.:Советская энциклопедия, 1990 г. — 672 с.
  2. В. Ф. Зуев. «Педагогические труды». — М.: Изд-во АПН, 1956 г.
  3. Козлов П.К., «Дневники монголо-тибетской экспедиции. 1923-1926», (Научное наследство. Т. 30). — СПб: СПИФ «Наука» РАН, 2003 г.
  4. 4,04,1 М. Д. Дорфман, «Уральские самоцветы». ― М.: «Химия и жизнь», №10, 1965 г.
  5. «Москвитянин»: учёно-литературный журнал, издаваемый М.Погодиным. — Москва: В Университетской Типографии, 1842 г. Часть II. №3. — стр. 222.
  6. А.И. Герцен, «Былое и думы» (часть третья). Вольная русская типография и журнал «Колокол» (1866)
  7. Т. П. Пассек. «Из дальних лет», воспоминания. — М.-Л.: Academia, 1931 г.
  8. В. В. Немирович-Данченко. «Цари биржи». — СПб: ООО «Полиграф», 2013 г.
  9. А. В. Амфитеатров. Собрание сочинений в 10 томах. Том 1. — М.: НПК «Интелвак», 2000 г.
  10. А. С. Макаренко. Собрание сочинений в пяти томах. Том IV. Книга для родителей. ― М.: Библиотека «Огонёк», издательство «Правда», 1971 г.
  11. 11,011,1 А.Е.Ферсман. «Воспоминания о камне». — М.: Издательство Академии Наук СССР, 1958 г.
  12. Иван Ефремов, «Алмазная труба». — М.: Детгиз, 1954 г.
  13. Дмитрий Каралис, «Феномен Крикушина». Молодой Ленинград. — Л.: Советский писатель, 1988 г.
  14. Е.И. Парнов, «Третий глаз Шивы». — М.: Детская литература, 1985 г.
  15. Павел Санаев, «Похороните меня за плинтусом». — М., журнал «Октябрь», 1996 г. №7.
  16. В. Д. Алейников. «Тадзимас». — М.: Рипол классик, 2013 г.
  17. В. Иванов. Собрание сочинений в 4 томах. — Брюссель: Foyer Oriental Chretien, 1971-1987 гг.
  18. Б. Пастернак, Стихотворения и поэмы в двух томах. Библиотека поэта. Большая серия. Ленинград: Советский писатель, 1990
  19. П. Васильев. Стихотворения и поэмы. Новая библиотека поэта. Большая серия. ДНК: 2007 г.
  20. Н.А. Заболоцкий. Полное собрание стихотворений и поэм. Новая библиотека поэта. — СПб.: Академический проект, 2002 г.
  21. П. Г. Антокольский. Стихотворения и поэмы. Библиотека поэта. Л.: Советский писатель, 1982 г.

Турмалин
Обсидиан
Кварц
Лал
Касситерит
Ляпис-лазурь
Еврейский камень

Расскажите своим друзьям: